О нас Наши партнеры Отдел по недвижимости Новости Третейский суд Услуги Статьи и публикации Публикации о торгах Мероприятия Комиссия по правовой помощи и рассмотрению обращений иностранных граждан Контактная информация
   
Проверка членов IBIL

Поиск осуществляется по полям Ф.И.О + Дню Рождения или по ID.
Ф.И.О нужно вводить на английском языке.

Фамилия:
Имя:
Отчество:
Д.Р.: Д   М   Г
или ID:

 
 Запомнить данные авторизации на этом компьютере



ПЕРЕСМОТР РЕШЕНИЙ СУДА ПО ВНОВЬ ОТКРЫВШИМСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ И RES JUDICATA

Султанов Айдар Рустэмович - начальник юридического управления ОАО "Нижнекамскнефтехим",

судья Третейского энергетического суда.

опубликовано "Журнал российского права", 2008, N 11

 

Реализация процедуры пересмотра решений суда по вновь открывшимся обстоятельствам может означать отмену вступившего в законную силу решения суда, в связи с чем возникает вопрос: не будет ли данная процедура находиться в противоречии с принципом правовой определенности, как он дан в толкованиях Европейского суда по правам человека (далее - Европейский суд).

В ряде своих решений Европейский суд раскрывает содержание этого принципа, ссылаясь на Постановление от 28 октября 1999 г. по делу Брумареску против Румынии, в котором он установил, что право на справедливое судебное разбирательство судом, гарантируемое п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (далее - Конвенция), должно толковаться в свете преамбулы к Конвенции, которая в соответствующей части гласит, что принцип верховенства права является общим наследием Высоких Договаривающихся Сторон. Одним из основополагающих аспектов принципа верховенства права является принцип правовой определенности, который требует, помимо прочего, чтобы в случае вынесения судами окончательного решения оно не подлежало пересмотру, т.е. стороны не вправе добиваться пересмотра окончательного и подлежащего исполнению решения суда только в целях пересмотра и вынесения нового решения по делу, и полномочия вышестоящих судов по пересмотру должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок, неправильного отправления правосудия. Пересмотр не должен рассматриваться как замаскированное обжалование.

Первым таким делом с участием России, в котором Европейский суд проанализировал процедуру пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, и то, как она была применена, было дело Праведная против Российской Федерации <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Европейского суда по правам человека от 18 ноября 2004 г. по делу Праведная против Российской Федерации.

 

Европейский суд в своем Постановлении по данному делу указал, что процедура пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам схожа с подобными процедурами, существующими в других правовых системах многих стран - членов Совета Европы, и сама по себе не противоречит принципу правовой определенности, если используется для исправления судебных ошибок.

Проанализировав ход рассмотрения дела и обстоятельства, заявленные в качестве вновь открывшихся (в качестве вновь открывшихся обстоятельств было поименовано Разъяснение Министерства труда и социального развития РФ от 29 декабря 1999 г. N 5 "О применении ограничений, установленных Федеральным законом "О порядке исчисления и увеличения государственных пенсий"), Европейский суд счел, что заявление Управления Пенсионного фонда от 21 августа 2000 г. о пересмотре дела по вновь открывшимся обстоятельствам было, в сущности, попыткой заново оспорить результат судебного разбирательства по делу по тем вопросам, которые Управление Пенсионного фонда могло поставить в ходе рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, но оно этого не сделало. На этом основании Европейский суд счел, что заявление Управления Пенсионного фонда является "завуалированным обжалованием", а не добросовестной попыткой исправить судебную ошибку. Соответственно, удовлетворение заявления об отмене вступившего в законную силу судебного решения нарушило принцип правовой определенности и право заявителя на "доступ к правосудию", гарантируемое п. 1 ст. 6 Конвенции.

Учитывая, что в Постановлении Пленума ВС РФ от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" даны разъяснения о том, что выполнение постановлений, касающихся России, предполагает в случае необходимости обязательство со стороны государства принять меры частного характера, направленные на устранение нарушений прав человека, предусмотренных Конвенцией, и последствий этих нарушений для заявителя, а также меры общего характера, чтобы предупредить повторение подобных нарушений. Суды в пределах своей компетенции должны действовать таким образом, чтобы обеспечить выполнение обязательств государства, следующих из участия России в Конвенции; можно было ожидать, что после данного Постановления Европейского суда будут приняты меры общего характера.

Однако были приняты лишь частные меры. Так, в письме от 12 сентября 2005 г., направленном в Пенсионный фонд РФ, ВС РФ указал, что 19 августа 2005 г. Президиумом Новосибирского областного суда по жалобе Л.А. Праведной было вынесено постановление, которым было отменено определение Заельцовского районного суда г. Новосибирска об отмене судебных постановлений по делу Л.А. Праведной по вновь открывшимся обстоятельствам, а также решение районного суда и определение Судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда, которыми впоследствии в удовлетворении требований Л.А. Праведной было отказано. В результате восстановлена законная сила решения Заельцовского районного суда г. Новосибирска от 21 октября 1999 г., вынесенного в пользу Л.А. Праведной, которое и подлежит исполнению. ВС РФ также указал, что поскольку Европейский суд не обсуждал правильность применения российского пенсионного законодательства в отношении самой Л.А. Праведной и других пенсионеров, то данное решение Европейского суда на других пенсионеров не распространяется.

В результате в 2005 г. Европейский суд принял семь решений о приемлемости жалоб о нарушениях, аналогичных установленным нарушениям в деле Праведная против Российской Федерации <2>:

--------------------------------

<2> Булгакова против России - решение от 5 апреля 2005 г. (жалоба N 69524/01), Кондрашина против России - решение от 11 октября 2005 г. (жалоба N 69533/01), Левочкина против России - решение от 17 ноября 2005 г. (жалоба N 944/02), Смирницкая и другие против России - решение от 17 ноября 2005 г. (жалоба N 852/02), Волкова и Басова против России - решение от 17 ноября 2005 г. (жалоба N 842/02), Жуков против России - решение от 17 ноября 2005 г. (жалоба N 560/02). В настоящее время данные жалобы рассмотрены и вынесены соответствующие постановления Европейского суда.

 

Надо отметить, что федеральные органы исполнительной власти время от времени пытаются дать разъяснения о применении процедуры пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с тем, что каким-либо государственным органом дано какое-либо разъяснение.

Так, в письме ФНС РФ от 14 сентября 2007 г. N ШС-6-18/716@ "О порядке применения разъяснений Минфина России по вопросам применения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах" сообщается, что положения писем Минфина России, изданных в соответствии с полномочиями, закрепленными за Минфином России ст. 34.2 НК РФ, в которых выражается позиция Минфина России по конкретным или общим вопросам, содержащимся в индивидуальных и (или) коллективных обращениях граждан и организаций, не могут рассматриваться в качестве устанавливающих правила поведения, обязательные для налоговых органов и подлежащие неоднократному применению при осуществлении ими функций налогового контроля. В этом же письме было разъяснено, что арбитражные суды, рассматривающие возникающие в сфере налогов и сборов споры, также не связаны положениями указанных писем, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 13 АПК РФ подобные письма не входят в круг нормативных правовых актов, применяемых при рассмотрении дел.

Приведенное высказывание о компетенции арбитражных судов, предлагаемое не в качестве позиции ФНС РФ, а в качестве разъяснения, представляется не совсем корректным. Далее ФНС РФ указывает, что в случае принятия судами решений, в основу которых легли разъяснения Минфина России, направленные налогоплательщикам и содержащие позицию не в пользу налоговых органов, налоговым органам надлежит обжаловать в установленном законодательством Российской Федерации порядке либо заявлять о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, т.е. фактически ФНС РФ предлагает нижестоящим налоговым органам использовать разъяснение Минфина России в качестве вновь открывшегося обстоятельства.

Надо отметить, что в деле Булгакова против Российской Федерации <3> первым был вопрос о том, может ли документ, изданный после завершения судебного разбирательства, рассматриваться как "вновь открывшееся обстоятельство". Европейский суд обратил внимание на то, что важно отличать "вновь открывшиеся обстоятельства" от "новых обстоятельств", и разъяснил, что обстоятельства, которые касаются дела, существуют на момент судебного разбирательства, остаются скрытыми от судьи и становятся известными только после завершения судебного разбирательства, являются "вновь открывшимися", а обстоятельства, которые касаются дела, но возникают только после завершения судебного разбирательства, являются "новыми". Европейский суд пришел к выводу, что в данном деле судом были перепутаны эти понятия.

--------------------------------

<3> Одного из дел, аналогичных делу Праведная против России.

 

Однако в российском праве возможность возобновления производства либо пересмотра вынесенного судебного решения в связи с новыми обстоятельствами ни ГПК РФ, ни АПК РФ не предусмотрена. Возобновление производства в связи с новыми обстоятельствами предусмотрено только УПК РФ. Хотя, конечно, трудно дать разумное объяснение, почему в процедуре гражданского судопроизводства такая процедура не нашла отражения в процессуальных кодексах.

В деле Булгакова против Российской Федерации власти, ссылаясь на Постановление КС РФ <4>, утверждали, что было возможно возобновить рассмотрение дела. Данное утверждение, на наш взгляд, в последующем может быть интерпретировано как связывающее Россию обязательством предоставлять своим гражданам права требовать возобновления производства в связи с новыми обстоятельствами. Таким образом, Европейский суд, не оспаривая возможности существования процедуры пересмотра вступивших в законную силу судебных актов в связи с новыми обстоятельствами, совместимой с принципом правовой определенности, но выразив сомнение в том, что она была использована в деле Булгаковой, все же задался вопросом, может ли принятие нового акта оправдать отмену первоначального решения суда.

--------------------------------

<4> Постановление Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1996 г. N 4-П по делу о проверке конституционности пункта 5 части второй статьи 371, части третьей статьи 374 и пункта 4 части второй статьи 384 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан К.М. Кульнева, В.С. Лалуева, Ю.В. Лукашова и И.П. Серебренникова.

 

Европейский суд согласился с тем, что решение суда может утратить силу при изменении законодательства, и в качестве примера указал, что декриминализация законодателем определенных актов может привести к прекращению исполнения судебного решения по уголовному делу без отмены при этом изначального приговора. Пенсионному законодательству свойственна изменчивость, и судебные решения нельзя рассматривать в качестве гарантии от подобных изменений в будущем <5>, даже если такие изменения происходят в ущерб определенному благосостоянию получателей пенсий. Европейский суд также указал, что российские власти не правы, полагая, что если размер пенсии установлен судебным решением суда, он не может быть увеличен на основании нового законодательства, и далее разъяснил, что государство не может произвольно вмешиваться в судебный процесс. Так, если власти проиграли дело в суде, но добились возобновления рассмотрения дела, введя новое законодательство с ретроактивным применением, возникает вопрос согласно п. 1 ст. 6 Конвенции о применении нового законодательства.

--------------------------------

<5> См.: Постановление Европейского суда по правам человека от 13 апреля 2006 г. по делу Сухобоков против Российской Федерации.

 

При рассмотрении дела Булгаковой Европейский суд отметил, что отмена судебного решения от 21 октября 1999 г. не может оправдываться наличием вновь открывшихся обстоятельств. Единственной причиной пересмотра урегулированного спора является утверждение разъяснения, давшего новое толкование закону, на основании которого вынесено решение суда в пользу заявителя.

Решающим моментом в данном деле явилось то, что применение новых правил привело к перерасчету пенсии заявителю, установленной судебным решением от 21 октября 1999 г. По мнению Европейского суда, установление новых правил должно быть применимо к другим делам в будущем, но не может быть использовано для отмены вступившего в силу судебного решения, путем замены неверного юридического толкования закона правильным.

Таким образом, на основе краткого анализа двух дел, разрешенных Европейским судом, можно сделать вывод, что право на справедливое разбирательство в его толковании допускает пересмотр судебных актов, вступивших в законную силу как по вновь открывшимся обстоятельствам, так и в связи с новыми обстоятельствами. Но эти процедуры недопустимы, если они являют собой скрытое обжалование или в качестве вновь открывшихся обстоятельств указывается толкование акта государственным органом, которому придается обратная сила, распространяющаяся на вступившие в законную силу судебные решения.

К сожалению, из текстов вышерассмотренных Постановлений Европейского суда нельзя выявить отношение к возможности пересмотра вступивших в законную силу решений по вновь открывшимся обстоятельствам, если в качестве такого обстоятельства указано на вновь появившееся толкование судебного органа. Получение ответа на такой вопрос было бы актуальным в связи со спорами, возникшими после принятия Постановления Пленума ВАС РФ от 14 февраля 2008 г. N 14 "О внесении дополнений в Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 марта 2007 г. N 17 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам".

Позиция об обязательности пересмотра решений суда, вынесенных с участием заявителя, в случае установления нарушения Конвенции и об ограничении обратной силы постановления Европейского суда, аналогична позиции КС РФ о необходимости пересмотра в случае установления неконституционности нормы решения суда, вынесенного с участием заявителя, и об ограничении действия постановления КС РФ кругом судебных дел, производство по которым еще не окончено либо которые не исполнены полностью или частично. На наш взгляд, возможность требовать пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, в связи с установлением нарушения Конвенции в делах с участием заявителя должна быть у данного заявителя обязательно. Отсутствие возможности в гражданском процессе пересмотреть ранее вынесенные национальными органами решения, если после реализации права на обращение в межгосударственные органы было установлено нарушение прав и свобод, фактически аннулировало бы право на обращение в межгосударственные органы. При отсутствии такой возможности право, специально закрепленное в ч. 3 ст. 46 Конституции РФ, стало бы иллюзорным, не гарантирующим никакой защиты против нарушения прав и свобод человека, в то время как обращение в межгосударственные органы должно быть эффективным средством не только для восстановления нарушенных прав и свобод, но и для повышения ответственности государственных органов и должностных лиц в области прав человека.

Такой пересмотр соответствовал бы не только целям принятия Конвенции, но и конституционно значимым целям (ст. 2, 18, 46 Конституции РФ), поскольку факт нарушения прав и свобод человека приводит в действие механизм гарантий государственной защиты (ст. 45 Конституции РФ). Если национальные суды не обнаружили нарушение прав и свобод человека, но оно было установлено межгосударственным органом, государственная защита прав и свобод человека также должна гарантироваться ст. 45 Конституции РФ.

При исполнении решений Европейского суда лицам, чьи права, гарантированные Конвенцией, были нарушены, должна быть предоставлена возможность требовать пересмотра ранее вынесенных судебных актов. Законодатель для этого предусмотрел процедуру возобновления производства в связи с новыми обстоятельствами в УПК РФ и процедуру пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам в АПК РФ (п. 2 ч. 4 ст. 413 УПК РФ и п. 7 ст. 311 АПК РФ) <6>. По непонятным причинам при внесении изменений в ГПК РФ аналогичная норма не была включена, хотя это предусматривалось проектом Федерального закона, внесенным Пленумом ВС РФ <7>.

--------------------------------

<6> Подробнее об этом см.: Султанов А.Р. Унификация норм по вновь открывшимся обстоятельствам как совершенствование средств исправления судебной ошибки // Закон. 2007. N 11. С. 99 - 113.

<7> Постановление Пленума ВС РФ от 6 февраля 2007 г. N 3 "О внесении в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации проекта Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации".

 

Полагаем, что ВС РФ, предлагая предусмотреть в ГПК РФ процедуру пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, в связи с установлением Европейского суда нарушения Конвенции в деле заявителя, был прав, поскольку обязанность по восстановлению нарушенных прав лежит на государстве-ответчике, а ст. 52 Конституции РФ гарантирует доступ к правосудию всем пострадавшим от злоупотреблений властью, включая также и случаи, если данные злоупотребления властью выявлены межгосударственными органами в качестве нарушений международных договоров.

Нельзя в этой связи не обратить внимание на позицию Пленума ВС РФ, который полагает, что наличие судебной ошибки в споре с государственными органами, нарушающей права граждан, исключает действие принципа res judicata и не создает правовую определенность в силу несправедливости существования судебной ошибки, в результате которой продолжает существовать нарушение прав и свобод человека структурами государства, которое создано для защиты данных прав и свобод (ст. 2 Конституции РФ). Так, в Постановлении Пленума ВС РФ от 20 декабря 2005 г. N 26 "О вопросе, возникшем после принятия Пленумом Верховного Суда Российской Федерации 5 апреля 2005 г. Постановления N 7 "О внесении изменений и дополнений в Постановление Пленума ВС РФ от 14 декабря 2000 г. N 35 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" указано, что судам необходимо иметь в виду, что вынесение постановления об индексации сумм возмещения вреда не в соответствии с разъяснением, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 14 декабря 2000 г. N 35, а в ином порядке свидетельствует о наличии судебной ошибки и такое решение не может быть признано справедливым, судебная защита не может считаться полной и эффективной, поскольку допущена судебная ошибка. С учетом этого пересмотр решения или иного судебного постановления, вынесенного до принятия указанного Постановления Пленума ВС РФ, не исключается, даже если в связи с истечением срока на обжалование утрачена возможность его отмены, изменения или вынесения нового постановления судом надзорной инстанции. Пересмотр постановления в указанном случае допускается применительно к порядку, установленному главой 42 ГПК РФ. При этом необходимо также руководствоваться ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г., согласно которой решение суда подлежит пересмотру, если какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки. Пересмотр в данном случае необходим, но правильно ли его реализовывать в процедуре пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.

Если исходить из того, что постановлением Европейского суда только устанавливается факт нарушения Конвенции и при этом сам факт нарушения не возникает как результат деятельности Европейского суда, а существовал в момент разрешения дела национальными судами, процедура пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам вполне применима. Таким образом, нарушение Конвенции и есть обстоятельство, являющееся основанием для пересмотра судебного акта. Выявление нарушения Конвенции в процедуре Европейского суда - это особая процедура его выявления, которая, впрочем, помогает странам - участницам Конвенции в обнаружении ее нарушения. В силу того, что деятельность Европейского суда имеет субсидиарный характер, основная нагрузка в деле выявления нарушений прав и свобод, защищаемых Конвенцией, ложится на государственные органы стран-участниц и их суды. Более того, выявление Европейского суда нарушения Конвенции накладывает именно на государство обязанность по восстановлению нарушенных прав.

Нарушения Конвенции могут быть различными, порой они вызваны несоответствием законов стандартам Конвенции, порой в результате интерпретации норм, сложившейся в правоприменительной практике, несоответствием духу и букве Конвенции. В любом случае установление факта нарушения Россией Конвенции является отражением того, что многоинстанционная российская судебная система оказалась неспособной защитить права и свободы, гарантируемые Конвенцией.

В результате возникает риск неспособности суда, который при рассмотрении дела не увидел либо проигнорировал нарушение положений Конвенции, признать свою собственную судебную ошибку и вынести справедливое решение. Процедура пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам все же является только допущением того, что если бы национальный суд знал о нарушении Конвенции, он бы его не допустил, и потому ему предоставляется возможность исправить им же допущенную судебную ошибку с учетом обязательного толкования Европейского суда.

Надо отметить, что норма об осуществлении пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам судом, вынесшим решение, вовсе не означает, что пересмотр должен осуществляться судьей, вынесшим решение. Это правило есть указание на инстанцию, а не на судью и косвенно подтверждается тем, что среди оснований для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам во всех процессуальных кодексах (п. 3 ч. 2 ст. 392 ГПК РФ, ч. 3 ст. 311 АПК РФ, п. 3 ч. 3 ст. 413 УПК РФ) указаны установленные приговором суда преступные действия судьи. Только в УПК РФ законодатель предусмотрел пересмотр судом вышестоящей инстанции, в АПК РФ и ГПК РФ даже по этому основанию пересмотр осуществляется судом, вынесшим решение. Трудно предположить, чтобы пересмотр осуществлялся судьей, который был уличен в преступлении при отправлении данного дела. Отсюда можно сделать вывод, что законодатель, зная об этой ситуации, все же полагал возможным и уместным пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам в суде той же инстанции, но в другом судебном составе. Таким образом, вполне возможно, что пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с установлением Европейским судом нарушения Конвенции должен осуществляться в другом судебном составе. По крайней мере у заинтересованного лица должно быть право на отвод судьи в случаях, если при первоначальном рассмотрении суд проигнорировал нарушение Конвенции, хотя вопрос об этом ставился. Возможно, тогда будет меньше появляться судебных актов, подобных Определению Никулинского районного суда г. Москвы от 11 марта 2008 г. Данным Определением суд отказал в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам, указав, что отсутствует факт вновь открывшихся обстоятельств, поскольку, по мнению суда, Европейский суд дал лишь другую оценку тем фактам, которые были расценены Никулинским судом по-иному, и поэтому нет оснований для пересмотра дела по вновь открывшимся обстоятельствам, установленным в ст. 392 ГПК РФ. По всей видимости, суд не понял, что он тем самым перечеркнул общепризнанный принцип обязательности соблюдения договоров, который является неотъемлемым атрибутом правового государства. Российский суд фактически отказал Европейскому суду в компетенции проверять правильность действий национальных судов, тем самым выйдя за пределы своей компетенции. Вынесение подобных актов и оставление их в силе недопустимо. В соответствии с положениями Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. о соблюдении, применении и толковании договоров каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться (ст. 26), участник не может ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения им договора (ст. 27).

Данные положения лишают суды общей юрисдикции права ссылаться на отсутствие в ГПК РФ процедуры пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с установлением Европейским судом нарушения Конвенции в деле заявителя. Согласно мнению многих ученых-процессуалистов, даваемых ими в комментариях к ст. 392 ГПК РФ, с учетом ч. 4 ст. 1 ГПК РФ суд общей юрисдикции может применять ст. 311 АПК РФ и пересматривать по вновь открывшимся обстоятельствам судебный акт на основании решения (определения) КС РФ или Европейского суда по правам человека <8>. Аналогичный вывод содержит в себе и Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации под редакцией Г.А. Жилина <9>, к этому же выводу приходят и известные процессуалисты Л.Ф. Лесницкая <10> и Г.Л. Осокина <11>.

--------------------------------

<8> См.: Комментарий к ст. 392 ГПК РФ док-ра юрид. наук, проф. В.М. Шерстюка. В кн.: Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. заместителя Председателя ВС РФ, док-ра юрид. наук, проф., заслуженного юриста РФ В.М. Жуйкова; док-ра юрид. наук, проф., заслуженного деятеля науки РФ М.К. Треушникова.

<9> Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. Г.А. Жилина. М., 2004.

<10> Лесницкая Л.Ф. Некоторые проблемы пересмотра судебных постановлений в суде общей юрисдикции // Проблемные вопросы гражданского и арбитражного процессов. М., 2008.

<11> Осокина Г.Л. Гражданский процесс. М., 2007. С. 737.

 

Упоминавшееся уже Определение Никулинского суда является одним из факторов, свидетельствующих о необходимости рассмотрения вопроса о принятии федерального закона, в котором была бы закреплена процедура исполнения решений Европейского суда и других межгосударственных органов.

Существующий механизм пока не обеспечивает исполнение постановлений Европейского суда в гражданском судопроизводстве, не говоря уже о том, что решения других межгосударственных органов в силу их рекомендательного характера просто игнорируются. Хотя возможность обращения в Комитет по правам человека для российских граждан появилась еще в 1992 г., практика данного органа, к сожалению, малоизвестна <12>.

--------------------------------

<12> Переводы на русский язык некоторых решений и заключений Комитета по правам человека доступны в сети Интернет: http://www1.umn.edu/humanrts/russian/hrcommittee/Rdecs&views.html.

 

На основе краткого анализа процедуры пересмотра решений судом по вновь открывшимся обстоятельствам, произведенного с точки зрения соблюдения принципа правовой определенности, можно сделать вывод о необходимости продолжения судебной реформы в качестве основной идеи, которой должно быть обеспечение полной и эффективной защиты прав и свобод человека, в том числе от судебных ошибок. Судебные процедуры прежде всего должны быть удобны для человека, ищущего защиту своих прав и свобод, а не органа, отправляющего правосудие. Данные процедуры должны обеспечивать баланс справедливости судебного решения и его стабильности <13>.

--------------------------------

<13> Определение КС РФ от 4 июня 2007 г. N 423-О-П "По запросу Московского областного суда о проверке конституционности статей 387 и 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации".



Другие статьи автора на нашем ресурсе:

  1. Европейский Суд по правам человека нашел еще одну системную ошибку в правоприменительной практике РФ? Султанов Р.А.
  2. Влияние на право России Европейской конвенции «О защите прав человека и основных свобод» и прецедентов Европейского Суда по правам человека, взгляд практика. Султанов А.Р.
  3. ЧЕЛОВЕК ПРОТИВ ГОСУДАРСТВА, МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОРГАНЫ, РОССИЯ. Султанов А.Р.
  4. СУДЕБНАЯ РЕФОРМА: ИТОГИ И ПЕРСПЕКТИВЫ. РЕЦЕНЗИЯ НА КНИГУ В.М. ЖУЙКОВА "СУДЕБНАЯ РЕФОРМА: ПРОБЛЕМЫ ДОСТУПА К ПРАВОСУДИЮ". М.: СТАТУТ, 2006. Сулатнов А.Р.
  5. СНОВА О ДЕЙСТВИИ ВО ВРЕМЕНИ АКТОВ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ. Султанов А.Р.
  6. ПРАВОВАЯ ОПРЕДЕЛЕННОСТЬ В НАДЗОРНОМ ПРОИЗВОДСТВЕ ГПК РФ И ПРАКТИКА КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ. Султанов А.Р.
  7. ПЕРЕСМОТР РЕШЕНИЙ СУДА ПО ВНОВЬ ОТКРЫВШИМСЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМ И RES JUDICATA. Султанов А.Р.
  8. О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И ОТНОШЕНИИ К НЕЙ В РОССИЙСКИХ СУДАХ. Султанов А.Р.
  9. О СВОБОДЕ СОВЕСТИ И ЕЕ ЗАЩИТЕ. Султанов А.Р.
  10. О ПРОБЛЕМЕ МОТИВИРОВАННОСТИ СУДЕБНЫХ АКТОВ ЧЕРЕЗ ПРИЗМУ ПОСТАНОВЛЕНИЙ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА. Султанов А.Р.
  11. О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ ПОСТАНОВЛЕНИЙ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА. Султанов А.Р.
  12. О ПРАВОВОЙ ОПРЕДЕЛЕННОСТИ И СУДЕБНОМ НОРМОТВОРЧЕСТВЕ. Султанов А.Р.
  13. МЕТАМОРФОЗЫ В РЕШЕНИЯХ ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА, ИЛИ КОММЕНТАРИЙ К ДЕЛУ ПРОНИНОЙ ПРОТИВ РОССИИ. Султанов А.Р.


Контактная информация © International Board of Independent Lawyers
© Международная Ассоциация Независимых Юристов
WWW.AVAR.RU  - Юридические услуги
Документ
HELP.ru - Регистрация ООО в Москве