http://www.ibil.ru/index.php?type=review&area=1&p=articles&id=1338



Успех спора – в системном анализе

 Айдар Султанов,
 судья Третейского энергетического суда,ч
лен Ассоциации по улучшению жизни и образования.



К способам защиты нарушенных прав относятся иски о признании ничтожной сделки недействительной и о признании сделки незаключенной. Иск о признании, как иск о судебном подтверждении, может успешно применяться и для пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также для защиты уже нарушенного права.
 

Иски о признании

Российскому праву известны иски о признании, которые в определенной степени «произошли» из преюдициальных исков римского права. Однако следует отметить, что большинство исков о признании не названо в ст. 12 ГК РФ в качестве способов защиты. В частности, мы не найдем упоминания «признании ничтожной сделки недействительной», «признании сделки незаключенной», хотя эти способы защиты широко используются в арбитражной практике.

Вместе с тем «признание ничтожной сделки недействительной», «признание сделки незаключенной» и ряд других исков о признании могут быть рассмотрены как подпадающие под способы защиты, перечисленные в ст. 12 ГК РФ: признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Иск о признании, как иск о судебном подтверждении (1, вполне соответствует указанным способам защиты. Причем такой иск может успешно применяться и для пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также и для защиты уже нарушенного права (2.

Необходимость анализа способов защиты возникла при рассмотрении дела о понуждении заключить договор теплоснабжения заявленного еще в 2009-м году, которое было осложнено тем, что после его возвращения из кассационной инстанции ответчик в 2010 г. уже не имел генерирующего устройства. Соответственно, приобрел актуальность вопрос об уточнении исковых требований, поскольку подтверждение судом наличия права на заключение договора в 2009 г. и факта того, что это право было нарушено ответчиком, в данном процессе стало достаточным.

В этой связи возник вопрос: можно ли заявить иск о признании в интересующем нас случае? На первый взгляд, препятствий к этому нет, но имеются сложности с формулированием требования, ведь требование «признать незаконным отказ в заключении договора на снабжение тепловой энергией в паре на 2009 год» похоже на требование, подлежащее рассмотрению в рамках публичного производства.

 

Признать отказ незаконным можно!

По нашему мнению, нет оснований утверждать обратное. Единственный довод, который должен быть изучен подробно, – это возможность защиты гражданских прав таким способом, поскольку все-таки «признание незаконным» более свойственно для административного производства или производства из публичных правоотношений. В публичных правоотношениях сущность всего процесса может быть сведена к установлению юридического факта – нарушения закона, которое побуждает административные органы восстановить нарушенные права заявителя или может стать основанием для освобождения заявителя от ответственности. Гражданские правоотношения преимущественно возникают из сделок, но это лишь одно из оснований, предусмотренных ст. 8 ГК РФ для возникновения гражданских прав и обязанностей. Как указано в ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают в том числе из действий граждан и юридических лиц.

Так, в рассматриваемом случае направление оферты лицу, обязанному в силу закона заключить договор, безусловно, порождало для него соответствующую обязанность. Отказ в заключении договора также порождает для лица, необоснованно отказавшего в заключении договора, определенные правовые последствия, в частности, возместить убытки (ч. 4 ст. 445 ГК РФ), а у лица, которому было отказано в заключении договора, возникает право не только заключения договора, но и требования возместить убытки.

Следовательно, признание незаконным отказа в заключении публичного договора служит подтверждением как факта незаконности действий, так и наличия определенного правоотношения. А это в полной мере соответствует российской процессуальной доктрине, расценивающей иск о признании как иск о судебном подтверждении правоотношения (3.

Возможность защиты путем предъявления иска о признании отказа в заключении договора незаконным вполне отвечает таким гражданско-правовым способам защиты, как признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Даже те, кто крайне осторожно подходит к возможности заявления требований о признании действий коммерческих организаций, допускают возможность рассмотрения признания действий коммерческих организаций незаконными в судебном порядке в качестве разновидности такого способа защиты, как пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (4.

Признание как средство защиты

Хотя мы и считаем признание отказа в заключении публичного договора незаконным как способ, направленный на защиту гражданских прав в полном соответствии со ст. 12 ГК РФ, мы не можем не учесть возражение против существования способа защиты в виде признания незаконными действий коммерческих организаций.

Надо подчеркнуть, что данное возражение основано на доводах о том, что гражданские правоотношения строятся на признании равенства участников гражданского оборота, свободы договора и недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Эти доводы позволяют утверждать, что в гражданском обороте можно и нужно ставить вопрос о нарушении обязательственных правоотношений, а не признавать действия незаконными. При всей логичности изложенной позиции она не охватывает всех правовых ситуаций. Например, в случае, послужившем поводом к написанию нашей статьи, отношения сторон не основаны на равенстве сторон и на свободе договора. Отказ в заключении публичного договора отличается от отказа в заключении другого договора именно потому, что при заключении публичного договора сторона не может произвольно по своему усмотрению отказаться от его заключения. Это продиктовано тем, что стороны не находятся в равных условиях, а обязанность заключить договор вытекает из закона, защищающего более слабую сторону.

Таким образом, вполне допустимым представляется заявление иска о подтверждении того, что отказ в заключении договора был незаконен. Судебное подтверждение этого факта одновременно будет защитой гражданского права, поскольку признание незаконным отказа в заключении договора – это своего рода аннулирование данного отказа и подтверждение права заявителя на заключение договора, возвращающего ответчика к обязанности заключить договор, восстанавливая положение, существовавшее до нарушения права.

Право на обжалование действий

Кроме того, такой способ, как обжалование незаконных действий, в том числе коммерческих организаций, установлен Законом РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан». Хотя в названном Законе идет речь о праве обжалования гражданами, КС РФ дал разъяснения (5, что данное право принадлежит как гражданам (физическим лицам), так и их объединениям (юридическим лицам), которые вправе реализовать гарантированное ст. 46 Конституции РФ право на обращение в суд, в том числе на обжалование решений и действий (бездействия) органов государственной власти, при том что право на судебную защиту выступает как гарантия всех конституционных прав и свобод. Эта правовая позиция выражена КС РФ в постановлениях от 24.10.96 по делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон РФ «Об акцизах», от 17.12.96 по делу о проверке конституционности п. 2 и 3 ч. 1 ст. 11 Закона РФ «О федеральных органах налоговой полиции» и неоднократно подтверждена в ряде его решений.

КС РФ указал также: «...осуществление права каждого на судебную защиту предполагает не только право на обращение с заявлением в суд, но и разрешение дела судом по существу в соответствии с подлежащими применению нормами права, а также вынесение судом решения, по которому нарушенные права лица, обратившегося за защитой, должны быть восстановлены. Отсутствие в действующем законодательстве, в том числе в оспариваемых положениях ГПК РФ и Закона РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», прямого указания на право объединения граждан (юридического лица) оспорить в порядке гражданского судопроизводства коллегиальные и единоличные решения и действия (бездействие), в результате которых нарушены права и законные интересы объединения, оно незаконно привлечено к ответственности либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, созданы препятствия к осуществлению им прав, как и отсутствие указания на обязанность суда принять такое заявление к своему производству, а в случае его обоснованности – вынести решение об обязании соответствующего органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего устранить в полном объеме допущенное нарушение или препятствие к осуществлению прав объединения, не может парализовать само это право, гарантированное Конституцией Российской Федерации».

Конституция РФ в ч. 2 ст. 45 закрепила норму: «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом». Значит, лишь наличие запрета может стать препятствием для использования того или иного способа защиты. Причем данный запрет может быть установлен лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ).

Надо отметить, что в судах общей юрисдикции вопрос о наличии такого способа защиты даже не ставится, хотя в ГПК РФ также нет положений о процедуре признания незаконными действий коммерческих организаций. Пленум ВС РФ Постановлением от 20.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие ГПК РФ» разъяснил: «ГПК РФ, в отличие от ГПК РСФСР и Закона РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», не допускает возможности оспаривания в порядке производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, решений и действий (бездействия) учреждений, предприятий, организаций, их объединений и общественных объединений.

Следовательно, с 1 февраля 2003 г. дела об оспаривании решений и действий (бездействия) учреждений, предприятий, организаций, их объединений и общественных объединений должны рассматриваться по правилам искового производства, в том числе с соблюдением общих правил подсудности, как дела по спорам о защите субъективного права».

Полагаем, что право на судебную защиту не может изменяться только от того, что спор будет подан в ту или иную ветвь судебной власти, поскольку это противоречило бы требованиям равенства всех перед законом (ст. 19 Конституции РФ).

На основании проведенного краткого анализа одного конкретного дела можно сделать вывод, что в ряде случаев вполне допустимо заявление в суд требований о признании действий коммерческих юридических лиц незаконными.

Айдар Султанов, судья Третейского энергетического суда,член Ассоциации по улучшению жизни и образования.

 

Иски о признании

Российскому праву известны иски о признании, которые в определенной степени «произошли» из преюдициальных исков римского права. Однако следует отметить, что большинство исков о признании не названо в ст. 12 ГК РФ в качестве способов защиты. В частности, мы не найдем упоминания «признании ничтожной сделки недействительной», «признании сделки незаключенной», хотя эти способы защиты широко используются в арбитражной практике.

Вместе с тем «признание ничтожной сделки недействительной», «признание сделки незаключенной» и ряд других исков о признании могут быть рассмотрены как подпадающие под способы защиты, перечисленные в ст. 12 ГК РФ: признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Иск о признании, как иск о судебном подтверждении (1, вполне соответствует указанным способам защиты. Причем такой иск может успешно применяться и для пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, а также и для защиты уже нарушенного права (2.

Необходимость анализа способов защиты возникла при рассмотрении дела о понуждении заключить договор теплоснабжения заявленного еще в 2009-м году, которое было осложнено тем, что после его возвращения из кассационной инстанции ответчик в 2010 г. уже не имел генерирующего устройства. Соответственно, приобрел актуальность вопрос об уточнении исковых требований, поскольку подтверждение судом наличия права на заключение договора в 2009 г. и факта того, что это право было нарушено ответчиком, в данном процессе стало достаточным.

В этой связи возник вопрос: можно ли заявить иск о признании в интересующем нас случае? На первый взгляд, препятствий к этому нет, но имеются сложности с формулированием требования, ведь требование «признать незаконным отказ в заключении договора на снабжение тепловой энергией в паре на 2009 год» похоже на требование, подлежащее рассмотрению в рамках публичного производства.

 

Признать отказ незаконным можно!

По нашему мнению, нет оснований утверждать обратное. Единственный довод, который должен быть изучен подробно, – это возможность защиты гражданских прав таким способом, поскольку все-таки «признание незаконным» более свойственно для административного производства или производства из публичных правоотношений. В публичных правоотношениях сущность всего процесса может быть сведена к установлению юридического факта – нарушения закона, которое побуждает административные органы восстановить нарушенные права заявителя или может стать основанием для освобождения заявителя от ответственности. Гражданские правоотношения преимущественно возникают из сделок, но это лишь одно из оснований, предусмотренных ст. 8 ГК РФ для возникновения гражданских прав и обязанностей. Как указано в ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают в том числе из действий граждан и юридических лиц.

Так, в рассматриваемом случае направление оферты лицу, обязанному в силу закона заключить договор, безусловно, порождало для него соответствующую обязанность. Отказ в заключении договора также порождает для лица, необоснованно отказавшего в заключении договора, определенные правовые последствия, в частности, возместить убытки (ч. 4 ст. 445 ГК РФ), а у лица, которому было отказано в заключении договора, возникает право не только заключения договора, но и требования возместить убытки.

Следовательно, признание незаконным отказа в заключении публичного договора служит подтверждением как факта незаконности действий, так и наличия определенного правоотношения. А это в полной мере соответствует российской процессуальной доктрине, расценивающей иск о признании как иск о судебном подтверждении правоотношения (3.

Возможность защиты путем предъявления иска о признании отказа в заключении договора незаконным вполне отвечает таким гражданско-правовым способам защиты, как признание права, восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Даже те, кто крайне осторожно подходит к возможности заявления требований о признании действий коммерческих организаций, допускают возможность рассмотрения признания действий коммерческих организаций незаконными в судебном порядке в качестве разновидности такого способа защиты, как пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения (4.

Признание как средство защиты

Хотя мы и считаем признание отказа в заключении публичного договора незаконным как способ, направленный на защиту гражданских прав в полном соответствии со ст. 12 ГК РФ, мы не можем не учесть возражение против существования способа защиты в виде признания незаконными действий коммерческих организаций.

Надо подчеркнуть, что данное возражение основано на доводах о том, что гражданские правоотношения строятся на признании равенства участников гражданского оборота, свободы договора и недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела. Эти доводы позволяют утверждать, что в гражданском обороте можно и нужно ставить вопрос о нарушении обязательственных правоотношений, а не признавать действия незаконными. При всей логичности изложенной позиции она не охватывает всех правовых ситуаций. Например, в случае, послужившем поводом к написанию нашей статьи, отношения сторон не основаны на равенстве сторон и на свободе договора. Отказ в заключении публичного договора отличается от отказа в заключении другого договора именно потому, что при заключении публичного договора сторона не может произвольно по своему усмотрению отказаться от его заключения. Это продиктовано тем, что стороны не находятся в равных условиях, а обязанность заключить договор вытекает из закона, защищающего более слабую сторону.

Таким образом, вполне допустимым представляется заявление иска о подтверждении того, что отказ в заключении договора был незаконен. Судебное подтверждение этого факта одновременно будет защитой гражданского права, поскольку признание незаконным отказа в заключении договора – это своего рода аннулирование данного отказа и подтверждение права заявителя на заключение договора, возвращающего ответчика к обязанности заключить договор, восстанавливая положение, существовавшее до нарушения права.

Право на обжалование действий

Кроме того, такой способ, как обжалование незаконных действий, в том числе коммерческих организаций, установлен Законом РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан». Хотя в названном Законе идет речь о праве обжалования гражданами, КС РФ дал разъяснения (5, что данное право принадлежит как гражданам (физическим лицам), так и их объединениям (юридическим лицам), которые вправе реализовать гарантированное ст. 46 Конституции РФ право на обращение в суд, в том числе на обжалование решений и действий (бездействия) органов государственной власти, при том что право на судебную защиту выступает как гарантия всех конституционных прав и свобод. Эта правовая позиция выражена КС РФ в постановлениях от 24.10.96 по делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О внесении изменений в Закон РФ «Об акцизах», от 17.12.96 по делу о проверке конституционности п. 2 и 3 ч. 1 ст. 11 Закона РФ «О федеральных органах налоговой полиции» и неоднократно подтверждена в ряде его решений.

КС РФ указал также: «...осуществление права каждого на судебную защиту предполагает не только право на обращение с заявлением в суд, но и разрешение дела судом по существу в соответствии с подлежащими применению нормами права, а также вынесение судом решения, по которому нарушенные права лица, обратившегося за защитой, должны быть восстановлены. Отсутствие в действующем законодательстве, в том числе в оспариваемых положениях ГПК РФ и Закона РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», прямого указания на право объединения граждан (юридического лица) оспорить в порядке гражданского судопроизводства коллегиальные и единоличные решения и действия (бездействие), в результате которых нарушены права и законные интересы объединения, оно незаконно привлечено к ответственности либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность, созданы препятствия к осуществлению им прав, как и отсутствие указания на обязанность суда принять такое заявление к своему производству, а в случае его обоснованности – вынести решение об обязании соответствующего органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего устранить в полном объеме допущенное нарушение или препятствие к осуществлению прав объединения, не может парализовать само это право, гарантированное Конституцией Российской Федерации».

Конституция РФ в ч. 2 ст. 45 закрепила норму: «Каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом». Значит, лишь наличие запрета может стать препятствием для использования того или иного способа защиты. Причем данный запрет может быть установлен лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ).

Надо отметить, что в судах общей юрисдикции вопрос о наличии такого способа защиты даже не ставится, хотя в ГПК РФ также нет положений о процедуре признания незаконными действий коммерческих организаций. Пленум ВС РФ Постановлением от 20.01.2003 № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие ГПК РФ» разъяснил: «ГПК РФ, в отличие от ГПК РСФСР и Закона РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», не допускает возможности оспаривания в порядке производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, решений и действий (бездействия) учреждений, предприятий, организаций, их объединений и общественных объединений.

Следовательно, с 1 февраля 2003 г. дела об оспаривании решений и действий (бездействия) учреждений, предприятий, организаций, их объединений и общественных объединений должны рассматриваться по правилам искового производства, в том числе с соблюдением общих правил подсудности, как дела по спорам о защите субъективного права».

Полагаем, что право на судебную защиту не может изменяться только от того, что спор будет подан в ту или иную ветвь судебной власти, поскольку это противоречило бы требованиям равенства всех перед законом (ст. 19 Конституции РФ).

На основании проведенного краткого анализа одного конкретного дела можно сделать вывод, что в ряде случаев вполне допустимо заявление в суд требований о признании действий коммерческих юридических лиц незаконными.